Глава.01 Близкий контакт

Старший лейтенант транспортной милиции Чегодаев Геннадий Петрович, шел в пол-четвертого ночи по межпутному пространству парка прибытия станции Мичуринск Уральский. Дежурный обход. На вечерней планерке начальник отделения, майор Трохин, ласково за глаза прозванный Трошкой, предупреждал о возможном появлении в их зоне ответственности (читай на станции) банды Абдуллы Хана из воронежской преступной группировки, орудовавшей по контейнерам с электроникой. Сюда по сводке станционной «вышки» сегодня на станции не было ни одного вагона, хотя бы с китайской электроникой, но спать на службе, было для старлея Гены не только небезопасно, но еще и западло. Жить и служить, он предпочитал все же честно. На краю парка, почти на выходных маневровых семафорах тоскливо стояла тушка рязанской электрички, которую в принципе ставить в грузовой парк, как-то не правильно, но свободных путей в этом парке было больше, чем возле вокзала, а потому на сей факт, глаза путейское начальство закрывало.

Через час с небольшим эта электричка повезет толпу «юных мичуринцев» (так коллеги гены по пистолету Макарова, называли бабушек, торгующих яблоками в Рязани), а пока… А пока она загораживала Геннадию весь обзор на три товарных состава.

Подходя к крайней точке своего обхода пешеходному переходу в конце парка, Гена услышал странный шорох из под вагона. Бывший разведчик, воевавший в Чечне, Гена звук на службе ставил всегда много выше осмотра. Звук, особенно в тишине, может многое рассказать о том, кто его производит, но этот был незнакомым.

Он медленно расстегнул кобуру, но вытащить пистолет не успел. То, что называют мгновенно, нарушая все представления Геннадия о массе и инерции, перед ним, вылетев по-киношному из под вагона вырос… Змей. Да, совершенно гигантский с точки зрения Геннадия змей, метра три, три с половиной. Он был необычно толстый, в центральной его части, толщина тушки достигала сантиметров семьдесят, не меньше.

Рука медленно, как будто эта медленность имела смысл, полезла за пистолетом.

– А вот оружия пожалуй нам с вами и не надо. – проговорил скрипучим голосом змей.

Геннадий в детстве прочитал уйму фантастики, и сейчас, когда было время, смотрел фантастическое кино на DVD, но такого варианта развития событий, при контакте не встречал.

– А, вы, что, еще и разговариваете?

– А, что это полежит сомнению? – вопрос на вопрос ответил змей.

Почему-то Гена с первого взгляда решил, что имеет дело с как бы это правильнее в данном случае сказать, с мужчиной. После первых же слов Змея, называть эту личность самцом Гена бы не решился.

– Второй вопрос, который принято задавать в таких случаях, кто вы ? — Змей, видя нерешительность Геннадия, взял инициативу разговора.

– Нет, я хотел спросить, откуда вы?

– Хороший вопрос. Я ни откуда, я здесь родился и вырос, просто далеко отсюда.

– На Земле, таких как вы, нет.

– Когда я говорил далеко, я не имел в виду расстояния, я имел в виду время.

– А понял, вы пришелец из будущего.

– Скорее из времени, потому как я с равным успехом мог бы жить и в прошлом. Змей устроился в позу, которая кобрам свойственно как поза нападения, но был при этом предельно расслаблен.

– А зачем вам вступать со мной в разговор. — слово контакт, у Гены твердо ассоциировалось с чем-то другим, довольно неприятным, и далеким от пришельцев и разговоров с ними.

– Мы как настоящие пришельцы, Геннадий, вступаем в контакт, только тогда, когда нам это нужно.

У Гены, тоже мелькнула такая мысль, но он предпочел выслушать ответ Змея.

– А и мое имя, значить знаете. — полуутвердительно спросил Гена.

– Ну да, мы же готовились.

– Тогда следующий вопрос — зачем?

– Я бы говорил долго, но некогда, а потому совсем кратко. Тебе сегодня, — Змей, как бы задумался, — Минут через пятнадцать, может угрожать опасность для жизни. Мы рассчитали, что можем вмешаться.

– А, типа «эффект бабочки» и так далее.

– Ну, типа.

– А что у вас такой внешний вид? Или это входит в расчет?

– Нет, это просто мой родной вид, я таким родился, живу, и надеюсь уйду с ним.

– А люди, у вас есть?

– Мы и есть люди, но сейчас некогда. Через пять минут с той стороны, — Змей грациозно кивнул головой в стороны пешеходного перехода, — Появятся два человека. У них не очень хорошие планы. И ты стоишь строго на их пути. У тебя есть выбор, уйти с поста, или принят бой.

– Я не уйду.

– Мы так и думали, и именно потому я тут.

– Типа огневой поддержки?

– Типа.

Гена заметил, что Змей вел беседу, не открывая рта, но использовал вполне обычные акустические волны. Он даже слегка был разочарован, ни тебе телепатии, ни ясновидения, все примитивно просто.

– А зачем я вам?

– Нам нужен твой ребенок.

– Колька?

– Нет, дочь, Лия. Она еще не родилась.

– А откуда вы тогда уверены, что она родиться, или что, я ее так назову?

– Будущее, знаешь ли.

– Но, зная его от вас, я теперь свободен в выборе.

– Время, имеет инерцию, и если ты ее так не назовешь, она примет это имя в зрелом возрасте.

– А я ей запрещу.

Змей опять посмотрел на него как на малолетнего хулигана, который сомневается в словах учителя.

– То есть из-за нее только вы и здесь?

– В основном.

Идут. Все как говорил Змей. Куда он только пропал? Спрятался, небось для внезапности атаки. У Гены слегка холодело в животе, как перед атакой. Разведку, в атаку, как правило, не бросают, но, на то оно и правило, чтобы из него были исключения.

Узбек, решил про себя Геннадий, про старшего. Уж, не сам ли Абдулла Хана, пожаловал? Морда, битая жизнью, порезанная на щеках, глаза, монголоидные, хитрые, злобные. Смотрит внимательно, и деланно улыбается. Точно он, хотя на планерке фотография была тюремная, и молодого совсем пацана.

– Добрый день, начальник, не подскажешь, как на вокзал выйти? – начал Абдулла Хан. Мелкий и молодой парень, не то молдаванин, не то цыган, воровато смотрел на Гену, и держал руки в карманах.

– Вы, правильно шли, вам не надо было сворачивать сюда. Там, — Геннадий показал рукой направо есть дорога. И по ней удобно дойти до вокзала.

– Да, нет, мы покороче по путям пройдем.

– Нет, по путям нельзя, и опасно и запрещено.

– Да, что мы, в первый раз разве, мы осторожно.

– Нельзя! — Геннадий прибавил металла в голосе.

– Э, начальник, что ты, в самом деле. — Абдулла неуклонно сокращает дистанцию, и ведет себя все более и более развязно.

– Стой, где стоишь. — Гена выдернул заранее приготовленный пистолет из кармана, и щелкнул предохранителем.

Похоже, что даже Абдулла не ожидал такой реакции от простого мента, и чуть притормозил сближение, зато его молодой напарник тут же метнулся за спину старшего и судя по всему вынул ствол.

– Послушай меня, Абдулла, хочешь оставаться Ханом, скажи своему щенку, спрятать ствол, а иначе будешь трупом, а не вором. У меня есть устное распоряжение начальства стрелять тебя даже просто на улице среди бела дня, потому как тебя твои воронежские братки сдали нам с потрохами. Своим ментам не могли, а нам спокойно. – Гена блефовал на грани фола.

Абдулла остановился, и сделал останавливающий жест рукой напарнику.

– Ты, кто такой?

– Сегодня это так всех интересует, что я начиная тот же вопрос задавать себе.

– Что ты такой умный делаешь один и на посту ночью, а? – Абдулла Хан, решил наехать.

– Потому, Абдулла, что я лучший антикиллер в округе, а твой сосунок, сегодня только первую черную метку получил, понял?

Абдулла опять сбавил понт, и стоял и просто смотрел на Гену.

– Я дал ему метку, я и заберу, и мы еще можем с тобой договориться.

– Ты, Абду, – Геннадий решил, что уж если они ведут разговор на равных, ему стоит добавить немного фамильярности, – Метку отобрать не можешь, ты праве лишь перенести время, но это значит, что если не я, то другой милиционер погибнет.

– Сам назови, кто у тебя на работе враг, и твой враг станет его, — он кивнул назад, – меткой.

– Нет, у меня врагов на работе. – соврал Геннадий, – и стрелять я никому не дам.

– Это как же? – заулыбался Абдулла. Пацан позади него сделал ложный выпад, чуть-чуть приоткрылся из-за спины шефа, и снова спрятался.

– А у нас с вами только два варианта, или вы сдаетесь и живете, или я вас пристрелю при попытке нападения на сотрудника при исполнении.

Дальше все пришло в движение. Пацан, пошел вниз, и нажал на спусковой крючок при падении, Гена, начал движение в ту же сторону, и сделал свой выстрел в Абдуллу, потому, что посчитал эту цель многократно опаснее, даже без ствола. Абдулла Хан, дернул головой, пуля от первого выстрела, прошла мимо Гены, а вторая шла строго на него — пацан правильно сделал поправку на бросок Гены. Гена хотел, было сделать второй выстрел, но между ним и пацаном мелькнула тень, и он не выстрелил. Следующее мгновение пацан лежал спеленатый Змеем, а Гена был жив.

– Тебя не сильно задело?

– Меня не задело. – невозмутимо сказал Змей.

– Что, силовые поля, и все такое?

– Да, нет, просто за время полета пули можно ее неторопясь разобрать на отдельные атомы. Совершенно неторопясь.

– А, понял. – сказать честно Гена мало, что понимал сейчас.

– Ну, я пошел. – сказал Змей.

– Как, — опешил Геннадий, – вот так просто и уйдешь?

– Да, так, просто и уйду.

– И ничего не расскажешь, зачем это все, моя дочь, ты тут, что у вас там в будущем,

Змей, вполне по-человечески покачал головой.

– Ну, нет, так, нет. Спасибо, за помощь.

– Не за что. – и исчез.

С восьмого пути медленно пошла на вокзал рязанская электричка

.В НАЧАЛО ВПЕРЁД