Глава.05 На веранде

Генка сидел вместе со своим старым друганом Егором на веранде и дул пиво из трехлитрового баллона. Сказать, что Генка прямо-таки ничего не пил, тоже нельзя было, но все же у Егора это нынче получалось лучше.

– Ты ведь понимаешь в чем смысл этой несчастной стеклянной трехлитровой банки, – умничал он, будучи уже изрядно под шафе – Она настоящая!!!

Пафос монолога явно достиг своего апогея.

– Она не просто стеклотара, ее какой-то работяга на заводе сделал с грубейшими нарушениями техники безопасности и дисциплины производства и технологии, от этого она стала корявой, крышки на горлышко закручиваться перестали, но ведь… Блин! – Егор задохнулся от восторга, – Это же здорово, она несет дыхание живого человека, пропойцы наверняка, неудачника в личной жизни, но живого человека, заметь.

Егор живописно и совсем по-пьяному икнул.

– А что эти тетра, как их там паки? Автомат их клепает и никакого фактора неожиданности, никакого индивидуализма, штамп, в худшем смысле этого слова. И пиво в этих, как их там, – он опять икнул, – Ну ты меня понял, мерзкое, химия тотальная, причем сплошные улуч, улуч… шайзеры. Егор шумно выдохнул воздух после трудного слова. А ты вот вспомни, как мы с тобой в юности пиво пили, придешь к дяде Мише в пивнушку, он тебя встретит добрым словом, пива разбавленного нальет, и не дольет еще при этом… Гад! – с восхищением сказал Егор.

– И ведь все были счастливы, он лишней копейке в бюджете своей еврейской семьи, мы спектаклю который он нам каждый раз устраивал. Нет, помнишь, как он паразит мелочь тырил. Асс! А я его прижучил-таки.

На лице Егора появилась улыбка добившегося в жизни всего человека.

– Он мне, не давал ты двугривенный, а я да как не давал, давал. А он мне, нет, типа и все. А я ему, а ты руки покажи, а он показывает мне свои ладошки, а я вижу, левая-то рука сжата поплотнее-то чем правая, тогда я ему – А, ну-ка поверни ладошку, а она смеется поворачивает, а там мой двугривенный зажат.

Генка слушал эту историю уже раз пятисотый, но считал, что перебивать друга некорректно.

– А вот как закрыли старую пивнушку на рынке, и все и баста, дружба кончилась. Вот скажи мне когда мы с тобой вот так хорошо сидели?

Генка сделал вид, что задумался.

– Ну, не знаю, давно не сидели.

– Вот, и я про то, – обрадовался Егор, – И не мы одни так, сколько мужиков с друзьями своими перестали встречаться, как закрыли вашу, дядьмишину пивнушку и у нас на поселке. Во, до чего дожились пиво, блин в ресторане приходится покупать. Не ты прикинь, Геныч, я ставлю этому орлу баллон на стол, а он мне у нас так принято, приходите садитесь вы вас обслужим. Ну, в общем, с боем я эти три литра получил, зато не разливная гадость.

– Егор, пиво, оно все разливное, просто одно в стеклотару льется, а другое по бочонкам этим, как они их там зовут.

– Ты, Гена, наверное дурак, еще бы пластиковые бутылки бы вспомнил, и сказал бы что это все одно и тоже.

– Ну, не знаю, на счет одного и того же, но что заводы одни и те же – это точно.

– А, вот тут ты, брат и не прав, – покачал пальчиком Егор, – Ты, что не знаешь, что завод заводу рознь, а цех цеху. И еще во времена советской власти пиво из первого цеха шло на обслуживание горкома и горисполкома, а второй и третий гнали план и фигню народу.

– Ну знаю, ну и что?

– Так сейчас тоже самое! – радостно заявил Егор, только вместо этих, коммунистов теперь те, кто в ресторанах сидит, обслуживается.

Последнее слово Егор постарался вывести максимально ехидно.

Время было позднее, Генка, видя, что вечер-встреча друзей затягивается, решил его закруглять.

– Ладно, Егор, давай добьем, что там осталось, да я пойду в дом, мне спать надо, завтра ни свет, ни заря на службу.

Егор замер обдумывая как ему прореагировать на столь бесцеремонное выпроваживание, но счел, что он гость особо упираться не стал, а налил себе стакан по полной и молча начал цедить. Генка вылил остатки в свой стакан и с радостью отметил, что получилось лишь полстакана и тоже начал сосредоточено цедить уже теплое и противное пиво.

Егор откинулся в старом плетеном кресле, окинул пьяным взором веранду, с распахнутыми по случаю теплой погоды окнами и вздохнул.

– Хорошо у тебя тут Генка.

Генка по этому поводу многое мог бы рассказать, но посчитал более правильным промолчать.

НАЗАД В НАЧАЛОВПЕРЁД