Гейб Скуар очень не любил процедуру подъёма. Да и кто её, скажите, любит. Смотришь себе сладкий, несанкционированный сон, а тут в твои мозги начинают вкачивать адреналин, кофеин и прочую биохимическую гадость. Сон насмарку, настроение после такого просыпания, как у «не ко времени размороженного мамонта» — одним словом — жуть.

   Гейб проснулся и лежал в кровати с закрытыми глазами, он знал, что делает это зря, но всё равно делал.

– Хозяин, хватит прикидываться, ты уже три минуты и сорок секунд не спишь – вставай. — проскрипел, самый гадкий, мерзкий, отвратительный голос на свете.

   Это был секретарь Гейба. Гейб задышал, чуть чаще, прикидываясь просыпающимся, заворочался в огромной, как океанская платформа постели, и даже слегка зачмокал, как младенец. Тэт, так звали секретаря, посмотрел на хозяина с экрана блокнота, чуть с укоризной.

– Гейб, давай вставай. – проскрипел Тэт ещё настойчивей.

   Гейб повернулся на другой бок, словно во сне и почесал бок. Тэт сидя внутри трёхмерности экрана, начал злится.

– Гейб, если ты сейчас не проснешься, я тебе задам такую трёпку, что ты сам подскочишь, как миленький.

   Гейб внутренне содрогнулся перспективе, того, что могло прийти в голову Тэта, когда речь шла о подъёме, но игра не могла быть закончена банально, и он задышал ещё чаще, показывая своему секретарю, что он всё понял, и согласен проснутся, и лишь просит соблюдения правил приличия.

   Игры подобного рода, у них происходили чуть ли не через день, и вот уже в течении шести лет. Талантливый программист, лучший специалист корпорации по искусственным эмоциям, Гейб, по своей натуре был человеком абсолютно анархичным, впрочем, как и многие творческие личности. Будь его воля, он бы вообще не ходил бы на эту работу, но для того и человеку секретарь, дабы корпорации не несли потерь от людской безалаберности.

   Гейб вздрогнул веками, потянулся и … открыл глаза. Тэт как обычно сидел внутри экрана на своём жутком троне и сиял удовлетворенной улыбкой. Вообще-то у него, как и у любой продукции «Ин-Экта» было очень эмоциональное лицо.

Даже слишком эмоциональное для древнеегипетского бога, которым его изобразили, подумал Гейб и поморщился. Но как говорили в «Ин-Экте» руководителей и секретарей не выбирают. В корпорации существовала традиция раздавать новым сотрудникам секретарей из общего потока продукции, тем самым показывалось всем, что продукция у них самая лучшая и даже для внутреннего пользования они не делают какие-то спецмодели. Конечно, даже неспециалисту в области псевдопсихологии было видно, что Гейб с Тэтом имели диаметрально-противоположные характеры, но тем и интересней была эта задача с точки зрения совместимости личностей.

   Рекламные проспекты корпорации «Ин-Экт», которые у самого Гейба не вызывали ничего, кроме саркастической улыбки, обещали покупателю полную совместимость характеров клиента и его виртуального секретаря, через каких-нибудь пять-шесть месяцев. Надо кстати заметить, справедливости ради, эта реклама была недалека от истины. Коэффициент рекламаций в течение годичного гарантийного срока не превышал и полпроцента, что для рынка виртуальных личностей было совсем-совсем неплохо. Да и из тех пяти секретарей на тысячу, которые бывали, возвращены своими хозяевами, всегда обменивались и новые секретари всегда находили с ними общий язык.

   Сам Гейб, поэтому поводу расценивал самого себя как совершенно несносную личность, потому, что даже суперспособный секретарь с ним не уживался и постоянно скандалил. Гейб с величайшим недоверием относился к заявлению отдела психо-контроля о том, что их с Тэтом совместимость составляла восемьдесят восемь и две десятых процента, то, что он видел тянуло едва на пятнадцать. Но представить себе расставание со своим несносным секретарём он просто не мог.

– Доброе утро Гейб. — вежливо поздоровался Тэт.

– Доброе. – буркнул Гейб. 

– Сегодня ты проснулся на восемь с половиной минут позже положенного. – скромно заметил Тэт.

– Ну и что? – с деланным безразличием спросил Гейб.

– Это не очень хорошо. – назидательно сказал Тэт.

– А ты пораньше буди меня. – предложил как вариант Гейб.

– Да я и так начал подьём на десять минут раньше, но пока ты претворялся, мы и это время превзошли.

– Да ладно тебе меня пилить, тем более ты на это тоже уже потратил полторы минуты, а я между прочим ещё в постели.

– М-да. – только и произнёс Тэт в ответ. – Это верно, и тебе тем более пора вставать.

   Настроение Гейба сразу улучшилось, ещё бы свобода выбора осталась за ним, а электронный «пунктуатор» остался уличённым в нелогичности, что тоже маленькая победа человеческого над машинным. Он вполне счастливо выбежал из спальни в ванную комнату, и принялся умываться, но Тэт и тут его достал.

– Гейб, марш под душ. – скомандовал он.

– Да ну его. – протянул Гейб.

– Тебе надо искупаться твой не совсем приличный сон, вызвал сбой физиологического фона и сильное потоотделение.

– Что ты можешь знать о правилах приличия во сне «холодный учётчик гормонов и ферментов». Откуда тебе знать, какой сон приличен, а какой нет, если ты сам не в состоянии их видеть.

– Может ты и прав, но воняешь ты как баскетболист после тренировки.

– Ты хочешь сказать, что я обязан лезть в этот мерзкий газгольдер с произвольно летающими в нём каплями, а если не полезу, то буду смердеть на работе как свинья?

– Это конечно очень поэтический образ, но он близок к действительности.

   Гейб вздохнул и обречённо полез в душевую кабину.

   После завтрака Гейб с Тэтом в поясном подсумке выплыл из дома. Вообще-то обычно работники корпорации жили в так называемом «пространстве корпорации» то есть в ней самой. Корпорация находилась под землёй на тридцать втором уровне и выглядела как замкнутый, железогрифитовый куб со стороной в один километр, в котором все цикл производства и жизни были замкнуты в единый экологический контур. Но Гейбу и ещё нескольким сотрудникам позволялось жить в городе, в том же доме где он жил и до заключения контракта.

   Заключение контракта с корпорацией в 23-м веке было вообще явлением исключительным, но такое всё же случалось. Обычно же кадры воспитывались внутри «пространства» из детей сотрудников. В «пространстве» были и роддом, и ясли, и детский садик, и юниорский корпус, одним словом всё для «взращивания» кадров. Но Гейб, потому то и был Гейбом, что в своё время наотрез отказался от благ и свобод корпорации, а сама корпорация не посчитала необходимым обязывать его жить у себя, посчитали, что его «оригинальность творческого потенциала» может пострадать в случае переезда. Именно поэтому утро Гейба начиналось с похода на работу. Это было не так далеко, но всё же занимало с полчаса. Сидя в автомобиле и бездумно глядя на пролетающие внизу улицы, Гейб вспоминал вчерашний фильм по интерактиви, и в конце концов запутался в хитросплетениях созданного зрителями сюжета. Ему запомнилась только главная героиня — маленькая, стройная брюнетка с тонкими чертами чувственного лица и короткой стрижкой. Кроме того она в отличии от абсолютного большинства главных героев и героинь не могла водить всё, что движется и стрелять из всего, что стреляет. Ничего кроме компьютерных игр на работе и цветов дома она не знала, и это было крайне необычно для интерактиви. Лицо этой девушки не выходило у Гейба из головы и он в конце концов не вытерпел.

– Слушай, Тэт, – спросил он секретаря, открывая блокнот, – ты не помнишь вчерашний фильм?

– Это, который начался в 20.30?

– Да.

– Помню, а что?

– Помнишь там была главная героиня?   

– Которая из них?

– Ну, конечно же, Лета. — возмутился Гейб, тому, что там можно было заметить ещё кого-то.

– Хм. — произнёс Тэт, и разделив экран пополам показал, – Эта?

– Да, эта. – Гейб зачарованно уткнулся в экран, а Тэт, изогнулся в ту же сторону, изо всех сил показывая, что ж там такого смотреть.

   Девушка на три-дэ выглядела как живая, и хотелось позвать её, сквозь стекло блокнотного экрана.

– Так, что ж? – напомнил Тэт о своём присутствии.

– А, — очнулся Гейб, – я просто хотел спросить тебя, ты титры с этого фильма не сохранил случайно?

– Нет, а что?  

– Хотел узнать, кто её играл.   

– Такое не входит в круг моих функциональных обязанностей, но если тебе надо, я гляну в архивах интерактиви.

– Глянь.

– Уже глянул. Её зовут Лета Панова. 

– А ты бы не мог узнать, кто она по личностному статусу.

– Тебя интересует человек она или виртуальная личность?

– Ты на редкость проницателен, а ещё меня интересует, если она человек, то живой человек, или просто продала свою три-дэ модель? 

– Она ещё могла продать модель своей личности для этих съёмок, а ещё это могло произойти пятьдесят лет назад, а теперь она древняя старуха, и множество других вариантов.

– Так ты выяснишь это?

– Попробую.

   Через три секунды сосредоточенной работы, за которые Тэт гримасничал, как мог, изображая как он тяжело трудится, он сообщил.

– Ну, в общем, так. Лета Панова приняла участие в съёмках » Ночного колибри — 5″ как виртуальная личность – собственность корпорации «Эс-Эр-Эн». По контракту между «Эс-Эр-Эн» и «Интер-Ак-Тиви» первая за участие в фильме объекта «Лета Панова» получила двести двадцать одну тысячу расчётных единиц единовременно и ещё получит по три процента с каждого последуешего показа. По контакту были оплачены собственно игра математической виртуальной модели, авторские права на использование образа «Лета Панова» и за другое несущественное. Что ещё тебя интересует?

– Так, она виртуальная личность? 

– Нет, это нигде из источников не утверждается. Она может быть и виртуальным образом живого человека, и виртуальной личностью с того же живого человека, той же личностью с умершего человека, да и вообще кем угодно.

– Это как?

– Ну, может быть, она в молодости сняла с самой себя трёхмерный образ, или сняла на всякий случай копию с личности, а теперь она ей перестала быть нужной, и она её продала «Эс-Эр-Эн», а те в «Интер-Ак-Тиви», а может это её дети или внуки продали. 

– Да, ты меня утешил. — вздохнул Гейб, — А точнее про неё узнать можно.

– Не-а, думаю, что нельзя. Художественный образ есть собственность, и его источник, корпорации предпочитают не разглашать.

– Вот, чёрт! — вдруг вспылил Гейб, — но надо же, что-то делать.

– Зачем? — с подозрением посмотрел на хозяина Тэт.

   Пройдя через все контроли и проверки «вокзала» своей родной корпорации, Гейб наконец попал в свой кабинет. Он знал, что через минуту другую к нему зайдёт Олег Клайб, заместитель начальника службы внутренней безопасности. Олег был пси и в его ведении была конечная проверка всех приходящих на работу из «внепространства» Гейб уселся в бездонное чрево своего активного кресла и скомандовал Тэту приготовить кофе, а Олег Клайб очень любил кофе.

   Конечно же можно было начать и саму работу, но Гейб хорошо знал неписаное правило корпорации, о том, что до последней проверки во внутреннюю сеть лучше не входить. Как только Тэт сообщил, что кофе готов, в дверях показался Олег. Тут Гейб решил, что с ним надо посоветоваться. 

– Привет, Гейб. — с порога поздоровался Олег, – К тебе можно зайти.

– Привет, Олег, конечно же, заходи, у меня как раз кофе готов. Будешь.

– О, кофе — это хорошо. – произнёс Олег традиционно-банальную фразу, как старт утреннего разговора ни о чём.

   Смысл визита как раз в том и заключался, чтобы, поговорив ни о чём, проверить ментальный почерк «спустившегося в недра», как эсбешники звали всех входящих в «пространство корпорации», это и была последняя проверка на идентичность персоны.

– Олег, у меня к тебе вопрос, как к эсбешнику – сходу поломал традицию Гейб.

   Глаза Олега поднялись как уши настороженной овчарки.

– Да, спрашивай. — сказал он, залезая при этом бесцеремонно Гейбу в мозги.

   Собственно и сам Гейб пока не очень-то понимал, что хочет, но чувствовал, что Олег со своим знанием корпоративной безопасности, мог бы ему помочь в сборе информации о Лете Пановой. Олег внимательно выслушал Гейба.

– Ты знаешь, это ведь целая наука, как влезть в сеть конкурента и не пустить его в свою собственную, но идея очень интересная. Влезть на склады образов «Интер-Ак-Тиви» и «Эс-Эр-Эн», это заманчиво, очень заманчиво. – Олег, мечтательно поднял глаза, наверное, он в мечтах уже шарил по складам конкурентов.

– Скажу по секрету, – продолжил он, – отдел образов для виртуальников последнее время испытывает хронический дефицит таковых. Сам же знаешь, спрос на экзотические образы уже отошла, и такие вот, – он кивнул на носатого Тэта, следящего за разговором со своего блокнота — ныне не в моде. Нынче народу подавай, что-нибудь человеческое, да ещё посимпатичнее.

– Попрошу без дискриминации, заявил тут же Тэт, – Декларация прав виртуальных личностей …

– От 2081 года, – продолжил за него Олег, и махнул рукой, — знаю, знаю. Каждый пункт, каждой статьи, каждого параграфа. Ты Тэт, хоть нашей Тэтте и тёзка, но ведь даже не родня, а потому я бы на твоём месте не скандалил попусту.  

– А для нас виртуальных личностей нет разницы секретарь ты, или сервер-аналитик корпорации. — заявил Тэт.   

– Ну его, зануду. — оборвал дискуссию Гейб, — Ты мне поможешь?

– Ну, надо подключить к работе хакеров из отдела внешних операций, — начал вслух думать Олег, — имиджмейкеров, чтобы они подкорректировали уворованные образы, юристов, на случай провала операции, провести планёрку для согласования планов и маршрутов, потом вынести детальный и согласованный план, на утверждение начальству…

– Одним, словом? – оборвал его Гейб

– Одним, словом это возможно.  

– Послушай, а без вот этих хакеров-юристов обойтись можно? Мне бы ведь только узнать есть ли она, и такая ли она как в кино.

– Нет, вскрыть такую контору как «Интер-Ак-Тиви» без больших сил не получится, — он перегнулся через стол и похлопав Гейба по плечу пообещал, Но ты не бойся мы своих в беде не бросаем. Я к тебе ещё сегодня загляну.

   Олег вышел из кабинета, а Тэт, и без того недолюбливавший офицера эсбе тут же заявил.

– Да, уж! Такие как они пропасть человеку не дадут, ради чужих складов они тебя будут спасать, даже если ты этого не захочешь.

– Заткнись, и без тебя тошно. – оборвал его Гейб.

   Хозяйкой рабочего терминала, за которым работал Гейб была Ави. Выглядела она как еврейская девушка сошедшая прямо из Книги Царств. Надо сказать был такой непродолжительный момент, когда покупатели вдруг, и все разом стали интересоваться персонажами Библии, тогда-то и создали Ави. В полном соответствии с образом она одевалась в белые одежды с голубыми полосами по краю, держалась степенно, горделиво, а Тэта как бога египетского недолюбливала, но была с ним корректна.

– Здравствуйте, Габриель! – Ави нравилось, что у Гейба еврейское имя и она всегда произносила его полностью.

– Здравствуй, Ави. – поздоровался Гейб, – Что у нас на сегодня?

   Ему жуть как не хотелось сегодня работать, но чувство долга возобладало.

– Мы вчера остановились на ассоциативно-модулированных рядах неосознанно-аналитического уровня и разобрали шесть процентов атавистических линий.

 – Да-да, вспоминаю, – рассеяно произнёс Гейб, – Ну ладно, тогда поехали.

   Ави загрузила на двухмерный экран «Психо-Креатор» и Гейб по привычке полез в математические дебри. При всей скукоте работы, Гейб считался непревзойдённым специалистом по юмору в псевдопсихологии. Именно благодаря его разработкам, виртуальные секретари

   «Ин-Экта» слыли самыми отменными хохмачами, а королевские дворы на Колониях заказывали лично ему придворных шутов. Работа как всегда втянула его и день пролетел незаметно. За час до окончания работы к нему зашёл Олег. Он был мрачнее тучи.

– Мы проиграли. – заявил он с порога.

– Что? – не понял Гейб, отодвигая от себя древнейшего вида пластиковую клавиатуру, с которой любил работать.

– Мы проиграли сражение, – повторил Олег.

– Какое?

– С «Эс-Эн-Эр». – пояснил Олег.

– А мы, что с ними воевали? – наивно спросил Гейб.

– Не прикидывайся идиотом Гейб. Вспомни о чём мы с тобой говорили сегодня утром.

– А, да! Ну и ,что?  

– А, то, что начальство нам дало добро, мы собрали силы, и вломились в «Интер-Ак-Тиви», но они оказывается все модели и образы хранят по соглашению сторон в «Эс-Эр-Эн». Мы туда, нас для начала даже пустили и продемонстрировали все свои богатства. Представляешь, — горячился Олег, – там у них миллионы моделей и образов, сотни тысяч виртуальных копий с живых людей, просто поразительно, такое богатство! 

– А Лету Панову нашли?

– Кого там, мы у них ни байта не скачали. Они дали на всё это полюбоваться, а потом как нам вдули. Сожгли нам три боевых хакер-сервера и ещё исков навыставляли на три миллиона.

   Всё время разговора Гейба с Олегом, Тэт о чём-то подозрительно шептался с Ави в виртуальном пространстве, и едва Олег вышел из кабинета, как Гейб словно совсем случайно положил трёхмерную мышку перед инфракрасным портом Тэта.

– Так, нечестно, — закричал со своего маленького экрана Тэт, – это нарушение права виртуальной личности на общение.  

– А шептаться у хозяина за спиной, это и хорошо и честно, да?

– Это наш разговор, и тебе о нём знать незачем. – нагло заявил Тэт.

– А так ты значить теперь не мой секретарь а Ави?

– Нет, твой, и ты это прекрасно знаешь. Кстати рабочий день закончен. — переменил он тему.

– Да, ты, что! — неискренне удивился Гейб, но собираться начал, он страшно не любил перерабатывать.

   По дороге домой Гейб был как «сервер без питания», ничего не видел, ничего не слышал, перед глазами стояла тонкая девичья фигурка и большие красивые глаза. Он очнулся только тогда когда ключ от двери не подошел. Удивлённо посмотрев на него, он было вновь собрался пустить его в ход, когда из сумки как резаный заверещал Тэт.

– Ты чего? – спросил у него Гейб.

– А ты, что? В участок захотел. Хоть бы на номер квартиры посмотрел.

   Тут Гейб только увидел, что стоит перед чужой квартирой, в чужом подъезде.

– А, как я здесь оказался? – удивился он.

– Это я тебя сюда завёз, – похвалился Тэт, — а ты даже и не заметил, растяпа.

– Зачем?

– Это сюрприз. Звони в дверь. 

– Зачем?

– Звони не пожалеешь. 

   Гейб ничего не понимая , доверился секретарю и позвонил.

– Кто там? — донеслось из домофона.

– Это Гейб Скуар. – машинально ответил Гейб

   Дверь щёлкнула замком и до него донеслось.

– Входите.

   На пороге, с широко открытыми от восхищения глазами стояла Лета Панова. Живая и ещё более прекрасная, чем в кино.

– Входите. – повторила она и он прошёл в квартиру.

   Через три дня в корпорации играли свадьбу Гейба и Леты. Руководство приобрело у

   «Эс-Эр-Эн» за три миллиона образ Леты (он после фильма стал расти в цене) и предложила молодоженам шикарную квартиру в исторической части города.

   На вопрос Гейба, о том, как он нашёл Лету, Тэт ответил односложно.

– В телефонные справочники смотреть надо иногда.

   А по поводу того, откуда Лета узнала о Гейбе, Тэт с Ави скромно объяснили ему.

– Понимаешь ли у нас с Ави было столько три-дэ материалов с твоей физиономией, что нам без труда удалось смонтировать какой-никакой фильм с твоим участием и навести его Лете на три-дэ-визор, прямо перед твоим приходом.

– А, если бы Лета в это время спала, и не увидела этот ваш дурацкий фильм.

– Но, ведь она увидела.