Часть 1. Начало

Год 3115 от Рождества Христова.

Где-то в космосе в районе Свободных Колоний.

Джон Роуз едва протискивался со своим необъятным рюкзаком сквозь узкий коридор, соединяющий звездолет класса «Пассажир — Е» со стыковочным узлом базы пересадки-дозаправки «Сопрано — 8». И хоть ему уже стукнуло 86 лет, и был он ещё мужчина, хоть куда, но и ему переход по «трубопроводу», давался не легко. Спортивного телосложения, выше среднего роста, как это теперь стало, принято называть — «молодой пенсионер», он кряхтел, и по-русски материл этот «комфортный уровень гравитации». Все эти дни у него было не самое лучшее настроение. Воспоминание о недавнем «выпроваживании на пенсию» из фирмы, где проработал столько лет, всё ещё скребло душу и отравляло и без того не самый приятный полет. В очередной раз он боком протиснулся, через очередное коленце коридоры, и тут он, наконец, выбрался в секцию оформления транзита, и мысли его отвлеклись от темы несправедливости жизни.

– Вы прибыли с «Пассажиром»? – поинтересовался служащий за стойкой, хотя любому идиоту было ясно сколь бессмысленен был вопрос. Именно этот коридор соединялся со шлюз камерой, где всего полчаса назад «уселся» «Пассажир». Джон Роуз пробурчал под нос что-то вроде согласия с подобным предположением.

– Вы гражданин Республики N11 планеты Разивия, Джон Роуз? – продолжал задавать риторические вопросы служащий базы «Сопрано». Как ни как, Джон был единственным транзитным пассажиром с Разивии.

– Вы будете дожидаться звездолета до Дорит? – не унимался этот синий воротничок», не смотря на угрюмое молчание пассажира.

– Да, этот «Пассажир», знаете ли, собрался лететь на Тринити, и нам с экипажем оказалось не по пути. – попробовал сквозь раздражение съязвить Джон.

– Я в курсе. – как ни в чем не бывало, согласился с Джоном служащий. – «Пассажир-Е» действительно летает по маршруту Разивия – Тринити.

Он даже как-то печально посмотрел на Джона Роуза, мол, чего кипятиться-то.

– Мне экипаж «Пассажира» сказал, что звездолет на Дорит может задержаться.

– Да, это возможно. Дальнее обнаружение предупреждает о подлете в сектор Дорит рейдера противника, и может быть придется дождаться пока этот крейсер не улетит.

– Чтоб ей пусто было этой Земле. – в сердцах воскликнул Джон. Служащий криво улыбнулся в утешение.

– Что поделаешь, господин Роуз, война.

– Да, эта чертова война без начала и конца, – согласился Джон.

   Он расстегнул лямки, и рюкзак с мягким стуком рухнул на пол отсека.

– А что за звездолет должен был прилететь?

– Это «Круизер-Е» с Зиона. 

– Как опять класс Е! – задохнулся от возмущения Джон Роуз.

– А, что вы хотите, это основной пассажирский класс в Свободных Колониях. – сказал служащий.

– Да нет, ничего. – обречено поговорил Джон, – А не скажете ли, может быть еще кто-нибудь будет пролетать на Дорит?

– Нет, вряд ли, – проквакал воротничок.

Настроение Джона Роуза и без того испорченное сверхтесным «Пассажиром», и такими же сверхтесными коридорами базы «Сопрано», а так же предстоящим сверхтесным «Круизером», печально и покорно пошло еще круче вниз.

– Куда мне идти? – с обреченным вздохом спросил он.

Полы, стены, и стойки начали вибрировать по нарастающей. Это улетал дозаправившийся «Пассажир». Служащий, что-то исполнил на примитивной клавиатуре и сказал.

– По этому коридору, вслед за бегущей стрелкой. Я ее запрограммировал – она приведет вас в ваш номер.

Джон Роуз поплелся за прыгающей впереди него светящейся стрелкой на стене. Идти пришлось долго, но коридор был вполне широким и это радовало, здесь даже могли разойтись двое людей в скафандрах средней, нет, всё же, пожалуй, лёгкой защиты. База «Сопрано» располагалась на крупном астероиде, одиноко болтавшегося на далекой и сложной орбите у тусклого, красного карлика. Саму звезду бесполезно было искать на этом, в общем-то, никому не нужном небосводе, тем более что эта звезда всё равно выглядела с базы именно звездой – никак не больше. Так как сила тяжести астероидам от природы отмерено скупо на базе работала установка искусственной гравитации. Впрочем, работала она тоже не безупречно. Пару раз Джон чуть было не взлетел к потолку вместе со своим рюкзаком, а на участке в пять метров коридора сила тяжести вдруг превысила полторы джи. Отматерившись, как это делают только на русскоязычных планетах, Джон всё же преодолел эти пять метров, и, ожидая с каждым шагом, что его вот-вот придавит к полу перегрузка на все триста килограммов, он все же тронулся дальше. Коридор вился, разбегался в разные направления, делился надвое, натрое, но, наконец, привел его к каюте.

Каюта представляла собой удвоенный вариант каюты «Пассажира — Е». В ней было  минимум удобств и максимум неудобств. Например, в неё вела очень низкая дверь. Вполне освоившись с походным образом жизни за последние три месяца, Джон привычно дернул за край диван-кровати, надеясь, что как и везде на кораблях, в ящике под ним поместиться его рюкзак. Но не тут-то было. Крышка диван-кровати не поддалась.

– Чёрт бы тебя побрал! – заорал, окончательно выведенный из себя Джон.

– Извините, вы говорите по-русски? – вдруг раздался вежливый голос позади него.

Джон Роуз резко обернулся, позади него на стене, на экране три-дэ, как за стеклянным окном виднелся парень лет двадцати пяти – тридцати. Джон сощурил глаза, что бы получше рассмотреть его, но тот сам ответил на произнесенный вслух вопрос.

– Да, я виртуальник, я распорядитель на этой базе, а вы прилетели на «Пассажире»?

– Да, я прилетел на «Пассажире» – рассвирепел Джон Роуз, уж кому-кому, а распорядителю базы должно быть известно, что твориться на его базе, и кто с какого корабля сошел.

– Вы меня поймите правильно, — взмолился распорядитель, видя агрессивно-настроенного Джона, – просто с Ризивии у нас почти никогда не бывает пассажиров. 

– Это точно, – согласился, успокаиваясь, Джон. – что делать русским на англоязычной Дорит. У вас же, как я понял почти все рейсы на Дорит? 

– Ну, есть ещё пересадки на Парада из Праймера, или из Скипа на Зион. Но с русских планет здесь почти никого не бывает.

– Да русские летят на Тринити-В или на Запреж. 

– Да, а ещё в Дом или на Лету. Но и оттуда редко здесь появляются люди, они летят, как правило, в сторону Разивии через Тринити-А или через базу «Софокл». Одним словом по-русски здесь почти никогда не говорят. Меня же русский язык интересует, прежде всего, как язык живых людей, а не лингвистическая дисциплина.

– То есть тебе тут и поговорить не с кем по-русски? – пожалел Джон распорядителя.

– Да-да, я именно это и хотел сказать. – Обрадовался новый собеседник Джона и представился, – а вообще-то меня зовут Эдуард. 

– Эдик, значить. – перевёл Джон имя виртуальника на русский лад.

– Да, наверное, можно Эдик, – чуть простодушно согласился виртуальник Эдуард.

– Слышь Эдька, – тут же сменил пустопорожний разговор на практическую тему Джон, – ты не знаешь как эта гадина открывается? А то я её дёрг-дёрг, а она в ответ в ответ – «Пошёл ты к чёрту».

Поток свежих словообразований русского языка, похоже, взял Эдика в некоторую оторопь, но он всё же гораздо быстрей оперировал информацией, чем любой человек, и прореагировал правильно.

– Там кнопочка, – подсказал он Джону, – справа.

Джон нашёл кнопочку и открыл-таки злополучный ящик. Когда он разложил все свои вещи, он спросил у распорядителя.

– Эдик, а что у нас носится вокруг базы, нет ли каких-нибудь попутных посудин на Дорит. – Джон, всю жизнь проживший в русскоязычной стране, русскоязычной планеты щедро сыпал вульгарным русским в надежде, его новый приятель взамен этой «услуги» ему тоже поможет выбраться с «Сопрано». 

– Ну, – неуверенно начал Эдик, – информация о состоянии нашего и вражеского флота, является закрытой информацией, но могу сказать только о том, что скоро один боевой собирается из этого сектора на базу «Жуков», а это мимо планеты Дорит.

Джон подскочил как ужаленный.

– Когда он вылетает? – Джон готов был снова запаковывать в свой рюкзак.

– Через три дня. Да, но это боевой корабль и пассажиров он не берёт, – запротестовал Эдик.

– Устрой меня на него, мне надо добраться до Дорит.

Из желания побыстрее убраться с базы «Сопрано» Джон был готов и впрямь уверить себя, в том, что ему срочно надо на Дорит. На самом же деле спешить ему было некуда, просто после «выхода на пенсию» он так обиделся на свою фирму, на свою республику N11 и на свою планету, что решил уехать, как можно быстрее, куда угодно и обосноваться там, как минимум, до конца дней своих. Дней же по прогнозам медиков ему оставалось не мало. Лет сто-сто двадцать, не менее.

– Джон я этого сделать не могу, – попробовал возразить Эдик, – на боевых кораблях могут летать только военные или вольнонаёмные специалисты.

– А нельзя ли устроится вольнонаёмным на один перелёт?

– Нет.

– А какой минимальный срок контракта? 

– Один год.

– Во чёрт! – вырвалось у Джона – Слушай, а сделать короткую остановку около Дорит они смогут?

– Не знаю, но можно спросить, иногда боевые корабли садятся на планеты Свободных Колоний, для коротких увольнений экипажа. Зачем тебе на Дорит?

– Много будешь знать – быстро состаришься. – огрызнулся Джон, ему не хотелось признаваться в том, что ему всё равно куда лететь. А за Дорит он просто ухватился, потому, что родился он на ней когда-то очень давно.

Эдик понимающе закивал головой.

– Знаю-знаю! – обрадовался он, – это поговорка такая.

– Да. Это поговорка. – согласился Джон, понимая, что в идеале виртуальники могут жить вечно и поговорка о быстрой старости к ним не уместна. Тут к нему в голову пришла мысль, – Эдик, а если я подпишу контракт?

– А ты, что специалист? – наивно спросил Эдик.

– Ну, конечно же. – Джон от возмущения чуть не задохнулся. Уж он-то искренне так считал.

Шестьдесят лет своей жизни он посвятил псевдопсихиатрии – этого раздела математики, который изучает «психические заболевания» виртуальных личностей.

– А какой?

Тут наступил момент и Джону задуматься над ответом. Признаваться виртуальнику, тем более явно больному хроническим инфантилизмом, что ты псевдопсихиатр – всё равно, что оттолкнуть его от себя, а распрощаться с Эдиком, особенно сейчас когда он стал единственной надеждой вырваться отсюда, ему явно не хотелось.  

– Я специалист по моделям эмоций у виртуальников. — уклончиво ответил Джон.

– Так значить ты бы мог заниматься боевым программированием? Ну там всякие баллистические и полевые вычисления.

– Ну да, можно сказать, что это в некотором роде родственные области математики. — Джон, теперь-то понял, что далеко зашел. – Но, предупреждаю, я никогда не летал на боевых кораблях.

– Это не беда. Внешне ты даже не определишь где ты, на «Сопрано» или на «Лонге». Искусственная гравитация, знаешь ли, невесомости нет, перегрузок нет – хорошо…

– Он что длинный? – задал вопрос не впопад Джон. Он был слегка в растерянности.

– Ты про корабль?      

– Да.

– С чего ты взял?

– Из названия.

– Нет, я бы не сказал, что это просто удобное название. – улыбнулся Эдик с экрана, и добавил, — Кстати, я уже связался с командиром корабля, Мне сказали, что у них в экипаже вместо трёх штатных программистов управления огнём лишь один виртуальник на совмещении должностей. – он вздохнул, – Это вечная проблема флота – недокомплект экипажей.

Джона взбесило, что Эдик решал его, Джона будущее, с самым беспечным видом, а ведь дело касалось судьбы человека.

– Они готовы залететь на дозаправку прямо сегодня и забрать тебя. «Лонг» сейчас барражирует на боевом дежурстве в световом месяце отсюда, так, что до отлёта на «Жуков» у тебя будет возможность освоить новую должность. – Эдик так по-деловому решал все вопросы вербовки, что у Джона мелькнула мысль, уж не работает ли он внештатным вербовщиком Объединенного Флота Колоний.

– А что капитана корабля не интересует моё досье, ну там возраст, рекомендации и другое?

– Первый помощник уже навёл справки о тебе. – фамильярно перешёл на ты Эдик.

– И что капитан дал согласие на мою кандидатуру?

– Дала. – уточнил Эдик, – Капитан лёгкого крейсера «Лонг» Объединенного Флота Свободных Колоний – Шикова Дарья Павловна. 

И пока Джон пребывал в лёгком шоке от услышанного, Эдик спросил его.

– Так ты согласен?

– Да. – машинально ответил Джон.

Через два часа лёгкая дрожь астероида подсказала Джону Роузу, что «карета» подана. Его со всё тем же рюкзаком за плечами, также аккуратно, по стрелочке препроводили назад к стыковочному узлу базы. На этот раз даже проблем с гравитацией на обратном пути не наблюдалось. Служащий сидел всё на том же месте, и в той позе и можно было бы подумать, что он вообще робот, если бы не лёгкая испарина на лбу.

– Что Джон, решили попробовать себя на Флоте? – задушевно-равнодушно спросил «синий воротничок».

– Да, вроде того. – со смятением в душе ответил Джон.  

– Ну так, глубокого, Вам. – пожелал ему клерк базы.

– Спасибо. – поблагодарил Джон и пошёл своим коридором, он плохо разбирался в вакууме, но счёл пожелание глубоко вакуума хорошим пожеланием.

На «Лонге» было гораздо просторнее, чем на «Пассажире-Е» и это радовало. У шлюза его встретил Первый Помощник и с широкой улыбкой на смуглом лице представился.

– Ден Равани, Первый Помощник Капитана, а вы я думаю, Джон Роуз. – он вёл Джона по довольно широким коридорам. – Я собрал тут кое-какую информацию о вас, ну конечно всё больше из Свободной Сети, но и из этого вы мне показались интересным человеком и большим специалистом в области программирования.

– Ну, знаете, – вяло отбивался Джон от гостеприимства Первого, – я всё-таки больше психиатр для виртуальников.

– Поверьте, мне это гораздо сложнее, чем системы управления огнём.

– Очень надеюсь. – с этими словами Джон вступил в пределы боевой рубки.

Навстречу ему из-за перегрузочного кресла вышла стройная красивая женщина, лет шестидесяти, в полном расцвете сил и молодости. Красиво очерченный овал лица обрамляли каштановые волосы. Карие глаза искрились теплым светом, ровные жемчужные зубы дополняли прекрасный портрет. Одним словом у Джона Роуза  остановилось сердце. Остановилось, разочаровалось в самом себе и … снова пошло.

– Здравствуйте Джон, можно мне Вас так звать? – голос был бархатный, грудной и какие там ещё эпитеты можно подобрать к бесподобно-чарующему женскому голосу.

– Да, конечно же Дарья Павловна. – поспешил с ответом Джон, он совершенно был сбит с толку, как может такая красивая женщина быть капитаном боевого крейсера и тем более, как можно служить под командованием такой…

– Просто, Даша, зовите меня Дашей. Я очень обрадовалась, когда узнала, что вы говорите по-русски, это очень здорово. Хотя в экипаже все говорят минимум на трёх языках и в том числе на русском и английском, но согласитесь гораздо удобнее, когда все говорят на одном языке.

– Да, согласен. – только и смог выговорить Джон, ему казалось, что с красивой женщиной и разговаривать как-то неправильно, – вот смотреть на неё это правильно, восхищаться это тоже правильно, а разговаривать, это нет, не правильно, – Правда я англичанин лишь по месту рождения и имени, а так всю жизнь прожил на Разивии в Республике N 11, так, что считаю себя полноценным русским.

– А я, кстати бывала на Разивии, правда ещё школьницей. – она засмеялась, а Джону пришло на ум, что школьница из Даши не куда не делась, а живёт вместе с ней, – А я сама с Дома. 

– А я с Дорит.

– Да, я слышала, у вас есть какие-то там дела.

Джон мысленно выругал Эдика, и тут же поставил ему ещё один диагноз – недержание информации, то есть болтливость.

– Это теперь подождёт, – чуть мрачнее ответил он, – Я хотел бы для начала ознакомится с предстоящей мне работой. Мне бы не хотелось разочаровывать вас. Особенно, если придется драться. – добавил он уже безо всякой радости. 

У Дарьи Павловны после этих слов тоже сошла улыбка.

– Ну до сего момента нас Бог миловал, За восемь лет со дня постройки «Лонг» не участвовал ни в одном серьёзном бою. Сейчас война и не похожа на войну, так демонстрация силы и политика. 

– Сейчас война Земли с колониями больше напоминает игру в шахматы, – сказал стоявший рядом с Джоном Первый Помощник, – причём оба игрока чрезвычайно осторожны, никто не решается на первый ход, потому, что он разрушает его собственную оборону, а дальше дело может дойти до полной потери флота начавшего активную игру.

– Да, – подтвердила Дарья Павловна, – тут срабатывает как сдерживающий фактор, что Дальнее обнаружение позволяет фиксировать и распознавать корабли противника на дистанции в восемьсот раз большей, чем дальность эффективной стрельбы из любого вида оружия. Реальный бой сейчас может состояться лишь в том случае, если корабли противников вынырнут одновременно из субпространства в одном-двух световых часах друг от друга. Только в таком положении корабли имеют возможность вести бой, да и пожалуй, просто вынуждены.  

– А планеты? – поинтересовался Джон, он до этого не слишком сильно вдавался в особенности Звёздной войны.

– У планетарных систем эшелонированная оборона и даже если тяжёлый крейсер Земли пройдет, все эти эшелоны и сможет, выкинут десант на планету, это не гарантирует победу десанта, каждая планета Свободных Колоний готова к войне на поверхности.

Джон Роуз согласно кивнул головой, уж кто-кто, а он-то хорошо знал, что такое переподготовка, его как специалиста по системам, таскали на эти сборы регулярно.

– Ладно, что мы всё о войне, да о войне. Пока она далеко от нас – у нас просто служба. Давайте я вас пока заочно ознакомлю с экипажем. – Дарья Павловна жестом пригласила  Джона и Первого ко второму пульту управления огнём.

Все трое сели в кресла операторов огня, а командир открыла главный три-дэ Пульта. Она начала представлять экипаж, просто по фотографиям. Про каждого рассказывала, кто он, какую он должность занимает и какой у него характер. Она даже рассказала о привычках и хобби некоторых членов экипажа, и Джон вряд ли бы всех запомнил, но предусмотрительно включил блокнот на запись, с надеждой потом разобраться по записям.

– А это наши виртуальники, – Дарья Павловна на этот раз не стала открывать фотографии, а просто вызвала на связь девушку.

Девушка была русоволосой, голубоглазой и держалась с вызывающим достоинством. Она была бы красивой, если бы была живой, подумалось Джону. Её манера слушать других поначалу не то, чтобы отталкивала, но настораживала. Джон хоть и работал всю свою жизнь с виртуальными личностями внутри себя, их всё же за «живых» не держал. Наверное, сказывается, то, что я их слишком часто видел в виде математических формул, объяснял он это сам себе.

– Это Ксения – представила её Дарья Павловна виртуальную девушку, – Второй Помощник.

Ксения коротко кивнула капитану и Джону.

Джон искренне удивился, до сего момента он ни разу не слышал, чтобы виртуальные личности получали такие высокие должности. Видимо его удивление пробилось наружу и капитан сочла нужным пояснить.

– Ксения у нас в прошлом человек, у неё случилась трагедия, и её личность пришлось копировать на виртуальную матрицу.

По девушке было видно, что ту трагедию она никоим образом не забыла, и именно оттуда происходит её сдержанность и немногословность.

– «Ну, вот, – подумалось Джону, – похоже, что на этом корабле мне могут потребоваться мои знания псевдопсихиатора.»

– Ксения довольно низким, но красивым голосом попросила разрешения удалится.

– Да, ты свободна, Ксюша. – отпустила её Дарья Павловна и когда та исчезла с экрана она обратилась к Джону, — Ваша бывшая профессия насторожила её, ей в своё время досталось от вашей братии. У неё была очень тяжелое переформатирование личности, остался предельный уровень нейронов, после катастрофы. Но ведь, на то вы и психолог, чтобы налаживать отношения между личностями.

Джон мог бы на это возразить, что он не психолог, а психиатр, но промолчал, ему вовсе не хотелось сейчас спорить.

Следующим на экране после вызова капитана появился парень явно афро-азиатского происхождения.

– Джон Роуз – это Томми. – представила его Дарья Павловна, – Томми это Джон Роуз. — представила она их друг другу.

Парень кивнул головой и заулыбался.

– Томи у нас тоже не просто виртуальник, — пояснила Дарья Павловна, — Вы же знаете, в Свободных Колониях настоящие виртуальные личности создаются редко, слишком это дорого. Вот и Томи у нас в прошлом биотехнический организм.

– Биор!? – удивился в слух Джон. Уж больно необычно это звучало. Биоры были солдатами Земли, причём самыми беспощадными солдатами, стоили они безумно дорого, а потому, Свободные Колонии их никогда не создавали и даже не пытались.

– Да, я бывший биор, – жизнерадостно объявил Томи. – Во время операции 3110 года на Тринити-Б я попал в плен, потом меня перепрограммировали, и теперь я штурман-навигатор дальних прыжков.

– Очень приятно. – сказал вслух Джон, а про себя подумал, что на «Лонге» целый паноптикум конфликтных виртуальников.

– Я совсем не буду против, если вы меня осмотрите с точки зрения псевдопсихиатрии. Меня еще в оперативном корпусе учили, что надежность превыше всего, заявил Том.

– Ну, если ты не против, тогда и я не против, как-нибудь на досуге мы с тобой займемся тестированием. – пообещал с улыбкой Джон, хотя его настроение веселым никак нельзя было назвать.

Томи распрощался со всеми и удалился.

– А это ваш коллега, – представила Дарья Павловна последнего члена экипажа.

На экране появился абсолютно невзрачный мужчина, который искоса посмотрел на Джона, и представился сам.

– Виктор Третий, а вы, я так полагаю – Джон Роуз.

– Да, Виктор, – Джон замешкался называть его Третьим или нет, но не назвал, – Я Джон Роуз, мы теперь с вами напарники. 

– Да, напарники, – довольно выразительно улыбнулся Виктор. – А вы правильно сделали, что не назвали меня полным именем, это у вас профессиональное?

Джон понял, о чем речь. В Свободных Колониях было лишь две корпорации, создающие виртуальные личности, спрос на них был очень высоким, особенно во флоте, а потому приходилось идти на математическое клонирование виртуальников. Сами же виртуальники не любили признаваться в том, что они только клоны, а потому, когда Виктор Третий назвал себя полным именем – это был эпатаж. Джон Роуз назвал его просто Виктором, тем самым показал свой уровень псевдопсихиатора. К тому же, самому Джону просто не хотелось его так звать.  

– Нет, это человеческое, – ответил он честно.

– Ценю, — коротко ответил Виктор, – Капитан, я прошу вас отпустить меня. В связи с досрочным отлетом, у меня много дел и мощность, которую я здесь задействую, мне тоже нужна.

– Ладно, Виктор, идите, – сухо ответила Дарья Павловна.

– Мы с ним порой не очень-то ладим – честно призналась капитан после «ухода» Виктора.

– А что мы отлетаем до срока? – спросил Джон.

Да командование решило, что если мы попадём в район базы «Жуков» пораньше , то расстановка сил в целом изменится в нашу пользу, и таким образом, что «Реврайтер» не посмеет выдвинутся в тот район.  

– А что это за Переписыватель? – перевёл Джон на русский название корабля.

– Тяжёлый крейсер «Реврайтер». Подчиняется штабу Оперативной Группы «Война за Колонии» Флота Земли. Несёт тяжёлые вооружения, суммарный залп всех орудий включая туннельные пушки в режиме разрушения материи «весит» 4*1018 киловат.

– Ого, – удивился Джон, планету земного типа можно превратить в газ.

– Можно, – согласилась Дарья, – Но не дадим.

– Но, как может лёгкий крейсер противостоят такому монстру? – удивился Джон.

– В бою, пять лёгких крейсеров, значит больше чем один большой, даже если их суммарная мощность меньше чем у «монстра».

– Понятно, — протянул Джон, – значить мы пятые.

– Да, примерно так, а если точнее седьмые.

Через три дня «Лонг» вынырнул недалеко от планеты Дорит на астростационарной орбите и состыковался с базой передового охранения «Дорит-9».

Джон даже не заметил маневров и состыковки, он вместе с Виктором -3 решал очередную задачу современных систем управления огнём, а потому реальности вокруг себя не наблюдал. Он поднял глаза и увидел перед собой.

Дашу, он уже привык так звать своего капитана.

– Джон, у нас восемнадцать часов стоянки на «Дорит-9» если у вас есть какие-то дела на планете, я могла бы дать вам увольнительную на восемь часов. 

– Кто-нибудь из экипажа ещё получает увольнительную?

– Нет, – коротко сказала Дарья.

– Тогда я тоже остаюсь на корабле, свои дела я буду решать потом.

– Хорошо. – и Даша вышла. 

Ещё через день «Лонг» состыковался с базой наблюдения и патрулирования «Жуков».

База «Жуков» была большой, можно было сказать гигантской. Для её создания двадцать лет назад Флот Колоний сорвал малую луну с орбиты недалёкой отсюда звезды и пригнали её сюда в этот сектор космоса. На базе одновременно находились в доках двенадцать больших кораблей и около тридцати малых.. Экипажи крейсеров выделялись среди разведчиков, патрульных особой статью формы и поведением. Держались чинно, разговаривали негромко, смеялись редко, всё больше улыбались. Сказывался и возраст экипажей, и своеобразный социальный статус, но всё равно всё было просто и весело. На базе стояли также грузовики и ремонтно-эвакуационный корабль

Народ на базе в целом собрался молодой, весёлый, максимальный возраст членов экипажей не превышал семидесяти лет, и на фоне этого молодняка Джон чувствовал себя динозавром.

Лонговцы вошли в Главный Зал Кают-компании, и Капитан Даша смело взяла Джона под руку и повела на правах хозяйки дома. Она в своё время долго служила, на этой базе и у неё здесь было много знакомых. Не выпуская локоть Джона, она здоровалась с ними и отвечала на приветствия других. Она улыбалась и была особенно хороша в этот вечер.

– Джон, – назидательно говорила она ему, – Перестаньте куксится , не такой вы уж и древний как себе напридумывали. Я знаю, что вы недавно потеряли жену, но это же не значить , что нет в мире таких женщин, которые не могли бы в вас влюбится.

У Джона от таких разговоров на душе злобно заскребла большая чёрная кошка.

– Ох, как здорово у вас сейчас получилось! – вдруг восхитилась Дарья Павловна.

– Что именно? – хмуро произнёс Джон.

– Вы в своём воображении такую красивую чёрную кошку, что я аж позавидовала вам. У меня никогда не получались такие реальные картинки.

– Вы, что пси? — хмуро спросил Джон. 

– О, не беспокойтесь, если и пси, то самого низкого уровня, наверное, пятого. Вы же знаете у нас в колониях, далеко не все учатся в корпусах и академиях пси, а я так вообще не пыталась. У меня есть какой-то определённый уровень пси-фактора, но он не развит и я лишь при удачном стечении обстоятельств ловлю чужие картинки, мысли или чувства.

– Наверное это здорово – быть пси. – заметил Джон и повёл своего капитана к стойке бара. – Пить хотите? Правда, похоже, алкоголя здесь не дают.

– Да, но по особым датам или поводам с разрешения командира базы бармен иногда выдаёт доритское или зионийское вино. А что если мне сегодня попросить у него вина. — вдруг сказала она.

– А повод у вас есть? — улыбнулся Джон. 

– Есть. Меня любит очень интересный мужчина, который мне тоже очень нравится. — она многозначительно посмотрела на Джона, но тот сделал вид, что не понял явного намёка.

Даша сделала продолжительную паузу, давая понять, что понять всё же следует.

– Это я, что ли? — неправдоподобно удивился Джон.

– Вы. – твёрдо сказала Даша, смотря Джону прямо в глаза.

– Но я Вам этого не говорил. – неуверенно запротестовал Джон.

– Вы думаете, что женщине обязательно надо быть пси, чтобы увидеть это? – засмеялась она , не сводя с Джона глаз.

– Да. Но я вдвое старше тебя. 

– И как минимум вдвое недогадливее. Неужели ты думаешь, что в этом деле возраст имеет какое-то значение? Но мне нравится, как мы плавно перешли на «ты».

– Но почему я, такая как ты …

– Замолчи, а то обижусь. – она закрыла его рот ладонью. Он взял эту ладонь и поцеловал её.

– У меня появляется надежда, – заметила Даша, – что я влюбилась не в полного недотёпу.

Вино они в тот день всё-таки выпили.

Патрулирование района дело нудное, ответственное и страшно выматывающее. На дежурство заступала смена в семь личностей, шесть людей и один виртуальник. Нет двое других виртуальников тоже не отдыхали, как неспособные к такому делу, но считались вне дежурства, то есть в отдыхающих сменах. В капитанской смене был Томми, из людей Даша — старшей, Мен Ли — навигатор, Земи Бахай — комендор Правого Борта, Джон Роуз — комендор Левого Борта, Иван Лунев механик двигателей реактивного хода, Бут Сали — оператор пространственно-временных прыжков и Томми на контроле автоматики и дальнего обнаружения.

Вот запись третьего часа дежурства от 28-го мая 3115 года от Рождества Христова.

Томми: Слева по борту объект возможной опасности. Дистанция — рубеж сферы внимания. Масса — одна стотысячная тонны…

Даша: Сколько раз тебе можно говорить, есть ещё и граммы и килограммы.

Томми: Масса сто грамм. Скорость подлёта 23 процента световой. Идентифицирую как метеорит. Контакт с бортом через сто шестьдесят секунд после «бипа»

Бип.

Даша: Левый Борт.

Джон: Есть левый борт, через восемнадцать секунд объект пройдёт через границу огня.

Пауза.

Огонь.

Томми: Объект не уничтожен.

Все: Как?

Томми: Подтверждаю, объект не уничтожен, траектория прежняя, контакт через сорок секунд.

Даша: Левый, бей тоннельной.

Джон: Объект не…

Даша: Огонь!

Джон: Стой я сейчас.

Пауза

Даша: Джон, стреляй!

Джон: Ещё…

Даша: Джон…

Огонь.

Томми: Объект распался на мелкие фрагменты. Опасность ликвидирована. Фиксирую пролёт фрагментов.

Иван: Контакт в районе восьмого отсека кормы. Повреждений нет.

Даша: Джон, чем это ты его?

Джон: Снарядом.

Даша: Чем?

Джон: Кинетическим снарядом, у меня же есть пушка.

Бут: Здорово, а я-то всегда думал и на фиг они сдались вообще.

Выписка из протокола комиссии по разбору инцендента на борту крейсера «Лонг».

Неопознанный объект имел гравитационное поле в семь десятых джи, и излучал в пространство модулированный луч жесткого рентгеновского излучения и гипервысокие радиоволны. Имел силовое поле, отражающее лучевые виды бортового оружия.

Исходя из вышеперечисленных фактов, можно сделать вывод о том, что инцидент происшедший с крейсером «Лонг» был, по сути, столкновением корабля с инопланетным кораблём.

Малые размеры инопланетного корабля вполне могут иметь место, особенно, если учесть, что размеры разумных существ – хозяев корабля не превышали размеров земных микроорганизмов.

Все живые существа находившиеся на борту инопланетного корабля погибли вследствие разрушения целостности корпуса корабля и последующего затем удара фрагмента о борт крейсера «Лонг».

Исходя из размеров фрагмента врезавшегося в восьмой кормовой отсек, размер всего корабля не превышал десяти сантиметров, в самом же фрагменте было обнаружено оружие суммарной мощностью 7*1012 киловатт и часть гравитационной установки.

Причины, вызвавшие действия инопланетного корабля, шедшего на опасное сближение с крейсером «Лонг» остались для комиссии не выясненными. Действия же дежурной смены, признать вынужденными и оправданными.

Вынести определение по действию всех дежурных смены, и в частности:

Старшему смены — капитану крейсера «Лонг» Шиковой Дарье Павловне вынести замечание за неоптимальные действия во время инцидента.

Комендору Левого Борта Джону Роузу — объявить благодарность за своевременные и эффективные действия.

Когда потом фотографии этих существ попали в Сеть Колоний, Джон испытал противоречивые чувства. С одной стороны он спасал свой корабль и друзей, а с другой стороны из под его выстрела Человек потерял долгожданный шанс встретить, пусть не братьев по разуму, но по крайней мере разумных существ.

Крейсер Земли «Реврайтер» действительно не решился навестить район базы «Жуков» и переписать ход войны за колонии на свой лад. Паритет продолжался.

Через два месяца патрулирования «Лонг» вернулся на «Жуков» для доукомплектации и экипировки. Дашу вызвали в штаб и когда она вернулась на борт все поняли по её виду, что что-то грядёт. Джон видя , что Даша после ужина в кают-кампании, где она ещё шутила со всеми и не показывала своего беспокойства, теперь придя в их теперь общую каюту замкнулась в себе и думала сидя на диване калачиком.

– Что произошло Даша?

– Ничего не произошло. Пока. – ответила она задумчиво.

– Но должно произойти?

– Да, может.

– Это касается нас?

– Это касается «Лонга», а значить и нас. Впрочем, это же касается всех кораблей Флота Колоний.

– Что наступаем?

– Не спрашивай, пока. – она таким знакомым закрыла ему рот ладошкой. Нежно-нежно.

Восемь месяцев спустя.

Корабли выныривали из подпространства как капли дождя. Шли боевые корабли, шли активные и пассивные мишени, шли корабли постановщики помех, шли корабли отвлечения, шли гигантские как настоящие корабли торпеды, забитые грунтом неведомых астероидов для увеличения массы. В этом дожде из кораблей, нашпигованных смертью летели сотни экипажей, тысячи одиночек-пилотов, десятки тысяч виртуальников-клонов. Все они шли в одну точку пространства. Полусфера атаки выглядела как серебристая гигантская чаша, в центре которой уже вспыхивала взрывами Центральная станция базирования Флота Земли в Северо-Западном векторе колонизации. Десять гигантских крейсеров Земли, которые охраняли станцию, выбросили в космос все свои челноки-истребители, и теперь уже огонь полыхал со всех сторон. Но прошло каких-нибудь пять-семь минут боя и вот один, а за ним и другой тяжёлые крейсеры начали вспыхивать. Голубая пелена силового на них желтела и затем совсем спадала, борта оплавлялись под струями плазмы, а сквозь пробоины вырывались струи горящего в кислороде металла и газов.

Полусфера атаки великолепно смотрелась из центра самой полусферы. Джон, следивший за системами огня, видел только как от «Лонга » в сторону станции шли десятки огненных стрел. Часть огня шла через систему зеркал, и это рассеивало энергетический поток от «Лонга», создавало массу ложных целей и не давало возможности противнику выделить «Лонг» как преимущественную цель среди прочих. Системой зеркал управлял Виктор, а Джон с команды Даши определял приоритетность целей и наводку систем огня на конкретную цель. Ещё до входа в полусферу атаки с «Лонга» были отправлены несколько десятков самонаводящихся торпед под управлением виртуальных клонов Виктора. Их действия во время атаки так же координировал Джон. Торпеды он готовил вместе с механиком Лонга Иваном, впрочем, каждый в экипаже готовил свои сюрпризы врагу. Торпеды шли с нарастающей скоростью, и их скорость уже достигала одной тридцатой световой. В этот момент они были ближе к станции, чем корабли полусферы, и первыми столкнулись с истребителями земных крейсеров. Пассивные торпеды были частью уничтожены, но примерно треть из них все же прошла. Активные начали огрызаться с помощью тех лазеров, которыми их снабдили. Внутри большой полусферы атаки, из-за боя активных беспилотников и истребителей возникла малая полусфера, которая своими разрядами дополнительно закрыла основные силы нападавших.

– Виктор, твои-то братишки дерутся что надо.

– Я злой, — коротко ответил Виктор.

И они опить занялись своей работой. Главная полусфера шла с одинаковым ускорением в полторы джи без гравитационных установок — это позволяло скрывать истинные цели среди ложных. За пылом боя, увеличенный вес не чувствовался. Адреналин компенсировал все сполна.

– Черт! — заорал Джон. – Какой-то крейсер одним залпом уничтожил сразу одиннадцать зеркал. Виктор, они нашли какой-то алгоритм, который отличает наши лазеры от соседских. Если так пойдет дальше, третий залп будет по крейсеру. А мы даже защитного поля включить не можем. Сразу же покажем, кто мы есть.

  — Может постоянно менять волну?

– Меняй! — крикнул Джон, не очень-то веря в подобную защиту.

Еще залп , и один луч полосонул по борту «Лонга».

– Джон, что у вас там? Нас что действительно вычислил «Реврайтер»? – закричала Даша из рубки.

– Да, это наш старый знакомый.

– Ты видел его? — спросила Даша. — Он практически без царапин. А всем остальным уже изрядно досталось.

– Покажи, где он?

Даша дала картинку, но тут «Лонг» окатил еще один залп средней мощности.

– Он нас нащупал. Теперь увеличит мощность и добьет нас.

– Я сейчас что-нибудь придумаю, — лихорадочно соображая, крикнул Джон.

– Виктор, поменяй схему управления зеркалами на пассивную. Пусть просто стоят, направленные на «Реврайтер», — крикнул Джон.

– А рысканье? Если промажем, луч сожжет зеркала. 

– Делай что говорю! – заорал Джон на напарника и переключил связь на механика. – Вань, можешь застопорить ход на постоянную константу?

– А что скажет Дашка? 

– Скажи, что мне надо, она поймет.

Гул двигателей перешел со сложной музыкальной композиции на ноту «фа» и застыл на ней.

Джон быстро осмотрел все картинки торпед и активных и пассивных и выбрал максимально близкие к «Реврайтеру», среди них только одна была пассивной, и он просто швырнул ее, как из пращи в серебристо голубой бок крейсера. Но радиолуч летел до торпеды и обратно за полторы секунды, а потому он не стал ждать реакции и вышел на связь с активными торпедами.

– Виктор -33, Виктор-312 и Виктор-316, – вызвал он клоны напарника и не дожидаясь ответа отправил приказ: «Бить по крейсеру «Реврайтер» из всех видов оружия, вплоть до кинетических пушек. Особое внимание на люки оружия, и десантно-истребительные шлюзы».

– Зря ты им про пушки, — спокойно сказал Виктор – главный. От пушек снизиться скорость сближения.

– Зато снаряды долетят быстрее торпед раз в пять.

– Много они сделают твои куски метала. 

– Этих кусков много, и скорость у них почти половина световой.

Что он хотел сказать дальше, Виктор не узнал. Луч противника прошил обшивку крейсера прямо на уровни груди Джона, проделав в ней аккуратную дыру размером с футбольный мяч.

– Ты не переживай, не надо. – Джон смотрел на Дашу с 3Д-монитора. Смотрел на живую, победившую и осиротевшую с его уходом. – Вот послужу теперь «Лонгу» так.

Она погладила экран, а по щекам текли слезы.

– Мы будем вместе, мы обязательно будем вместе.

– Да, — сказала она, беря себя в руки. – Попозже.