Глава.14 Детич

Встреча со Змеем произошла быстрее, чем Генка ее ждал, буквально в тот же вечер.

– Звали?

– Ну да, типа того.

– Что-нибудь не так?

– Да нет с моими, и с домом все в порядке, мы тут просто поговорили по поводу этой темпоральной дорожки, которую как я понял вы и не прикрыли.

– Да, как-то не получилось. – согласился Змей.

– Собственно интересно стало, что за тропа такая, контрабандистская. Что по ней тащат?

– Тащат, как ты выражаешься, детич. Точнее в основном детич, а так по мелочам много чего.

– А что это такое, этот детич?

– Это концентрированный продукт биологического происхождения, получаемые из аэробных бактерий, мутировавших в присутствии углекислого газа и ряда веществ органического и неорганического происхождения, как правило, в условиях крупных городов вашей реальности.

– И на фига он нужен?

– Его используют как мощнейший фармпрепарат в трехстах реальностях.

– И что ни в каких иных условиях он не произрастает?

– Нет, никому не хочется портить свои миры из-за продления жизни старикам или красоты зрелых женщин.

– То есть, как портить?

– А ты считаешь, что ваши мегаполисы предельно полезны для вашего здоровья?

– Естественно не считаю, но с этим трудно бороться, нужно до хрена денег, чтобы изменить нашу экономику.

– Гена, изменить вашу экономику стоит многократно дешевле, чем ты думаешь, но лобби контрабандистов не даст это сделать. Потому, что они хорошо платят вашим политикам и промышленникам. На три мегаполиса типа Москвы или Нью-Йорка они могут безбедно кормить одну реальность, просто с барышей от продажи детича.

– А много, таких транспортных путей от нас и во вне?

– Немного, штук пять не более.

– А что вы их не прикроете, вам же это не сложно.

– Сложно не с технической точки зрения, а с экономической, у нас тоже есть свои фракции, как ты уже заметил, и многие считают, что мы и так слишком много тратим на прошлое и реальности. Мало того я тебе по секрету скажу, что ваше возвращение обошлось нам примерно в полугодовой бюджет всей программы.

– Ты хочешь, чтобы я тебя пожалел? Не пожалею, вы сами в той операции прокололись.

– А я и не спорю, а ты что хочешь.

– Я хочу перекрыть каналы с нашего времени.

– С реальности.

– Хорошо с реальности.

– И как ты себе это представляешь.

– Пока не знаю, но надеюсь, ты мне об этом расскажешь.

– А меня потом, как это у вас тут говорят, поганой метлой под зад с программы?

– Не выгонят, ты ж у нас тут лучший переговорщик.

– Что-то я в последнее время в этом начинаю сомневаться

– И так, как можно перекрыть каналы.

– Ну, конечно самый простой способ, рвануть над этим местом баронную бомбочку эдак мегаватт в пять. Взрыв исказить пространством и каналы будут закрыты. Но как я понимаю, это тебе не подойдет.

– Правильно понимаешь.

– Можно поставить щит, конечно, или, например, блокировать векторную составляющую участка, можно даже зациклить время в этом участке на само себя, но тогда земля на нем будет для вас потеряна.

– В смысле?

– Ну, у вас в старое время такие земли называли нехорошими, там даже ходить нельзя будет.

– Нет портить огород Катьке я тебе не дам, придумай, что-нибудь еще.

– Ну, можно, в конце концов, просто пугнут этих гадов. Слитни, народ пугливый, и хоть идут против закона в целом всего боятся.

– Что еще за слитни?

– Народец такой, они с древних времен занимаются контрабандой в реальностях, и ничем другим собственно заниматься не могут. Пытались мы с ними договорится, к чему-нибудь их приспособить, но они отказались, говорят так жили наши предки, и мы так будем. Они на самом деле довольно безвредные существа.

– Ну, да такие божие одуванчики, которые нам планету портят.

– Вы ее сами портите.

– Выгодная позиция, а вот вы, если вы наши потомки, что их не погоните этих паразитов от нашей реальности поганой метлой?

– А зачем? Ваша испорченная экология и вызвала наше появление.

Если бы Генка уже не сидел в кресле на веранде, он бы так и сел.

– То есть вы это мы мутанты?

– В какой-то мере. – подтвердил это Змей.

Генка был в шоке.

– А Лийка тут причем?

– Родоначальница рода, так сказать, это ее гены немного отойдут от среднестатистического фона людей, причем мутация будет стойкой.

Генка надолго замолчал. С одной стороны дочь, любимый ребенок, с другой стороны далекое предалекое Человечество, с третьей ответственность за всех и всея, которую на него никто не водружал, а он сам вздумал ее водрузить. Через две минуты он понял, что де-факто ему изменить мало что получиться, но попытка не пытка.

– Сколько говоришь точек перехода на поверхности планеты, пять?

Змей кивнул.

– Где?

– Пиши координаты.

Генка не торопясь, сходил в дом принес из детской карандаш и бумагу и начал под диктовку Змея записывать координаты точек в углах и секундах, в долготах и широтах. А когда записал спросил.

– Поможешь мне блокировать их тут, у Катьки.

Змей наклонил голову, что означало «никаких проблем».

– Мы как бы задолжали, с это кутерьмой.

– Что ты говорил там про векторную составляющую?

– Ну, это как если бы время вдруг в этом месте остановилось. Можно, конечно, и реверс сделать, то есть пустить его вспять, но это энергозатратнее, чем просто остановить.

– Понял, а чем вы останавливаете?

– Ну, как правило, все наши темпоральные машины находятся в нашей реальности, просто мы ими работаем дистанционно, но блокиратор устройство небольшое, могу выдать на время.

– Навсегда! – упрямо произнес Геннадий.

– Тебе-то оно зачем? Навсегда-то. – удивился Змей.

– А я его разок использую для отпугивания этих, как их там слитней, а потом в погреб поставлю, и всю зиму свежую клубнику кушать семья будет.

Змей аж рот открыл от удивления.

– Да! Такого применения темпоральному блокиратору никто пока не придумал. Ладно, думаю, что для погашения морального ущерба начальство согласится.

Через два дня на субботу вечерком, когда дети уже спали, на отцовской веранде Геннадий собрал всех участников игры, включая Катерину, с которой у Егора что-то началось, а часть событий произошла на ее территории. Егор, конечно же Катьке все как есть рассказал, но Генка подобной утечке информации даже был рад, во-первых в том, что он задумал лишняя пара рук не повредила бы, во вторых Катька тоже была пострадавшим лицом, колодец-то был ее, а самое главное точка перехода находилась на ее огороде и подробный рассказ Егора снимал необходимость врать лучшей подруге жены. Теперь, когда их было пятеро, Генка поднял листок из альбома для рисования, с написанными на нем красным художественным карандашом цифрами координат.

– Вот это точки координат переходов темпоральных контрабандистов. Через них народец под названием слини, таскает с нашей планеты фармакопейный препарат, ради которого они превратили нашу планету в свалку. Они уже четыре раза проделывали с ней такой тонко вмешиваясь в устройство планеты, каждый раз это вызывала сначала резкое потепление, и увеличение углекислоты в атмосфере, а потом похолодание. Первый раз подобный катаклизм, заставил земноводных окончательно выбраться на поверхность земли, потому как вода в океане стала столь насыщенной углекислотой, что выжить в ней стало сложнее, чем на поверхности. Второй раз это произошло в расцвет эпохи динозавров, причем количество мышечной массы этих животных резко превысило способность растительности прокормить их, и снабдить кислородом. А океан, опять-таки нагреваясь, стал насыщаться углекислотой и меньше выдавать кислорода. Следующий теплый период плиоцен, так же вызвал сначала предельно горячую атмосферу на планете и также как и в прежние разы, резкое повышение концентрации углекислоты. Сегодня глобальное потепление фактор антропогенный, но нами им еще легче управлять, чем рождаемостью динозавров, и процессы необходимые им происходят на глазах всего одного поколения. Им нужны бактерии, которые чем жарче, и чем больше углекислого газа, тем больше они вырабатывают то, что они называют детич. Это такой эликсир молодости. Его потребляют практически на всех реальностях, включая, к слову сказать, и нашу, вот только никто кроме нас, его не производит, бактерии эти считаются во всех реальностях запрещенными, так как кроме разрушения экологии, они так же сильнейшим образом влияют на генофонд живых существ. То есть за счет дурацкой экологии и нашего генофонда кто-то покупает себе молодость и красоту. А главные двигатели этого процесса существа под названием слини. Мое предложение такое. Мы пугаем слиней на огороде Катерины, и пригрозим им, что если они не уберутся с нашей реальности, мы перекроем все точки перехода. Они, конечно, могут переходить и в других точках, но как я понял, эти точки в силу своего геологического строения позволяют осуществлять переход с минимальной тратой энергии, и другие точки перехода сделают их бизнес нерентабельными.

Генка налил себе вишневый компот из старого стеклянного графина, выпил и продолжил.

– Теперь, что мы имеем. У нас информация о том, что творится. У нас есть координаты точек перехода, и у нас один темпоральный блокиратор. – Он вытащил из кармана небольшую коробочку с небольшой линзой в центре и шариком под ней. Затем положил указательный палец на шарик. Из линзы поднялся луч света, нарисовав в полуметре над столом трехмерную картинку планеты. Материки были искажены в формах, а часть Европы находилась под слоем воды.

– Это Земля реальности Змея. По координатной сетке можно просмотреть любую точку, любого времени на нашей планете в любой из возможных реальностей.

Он проехал пальцем по шарику нажимая его то сверху, что справа, то слева. Теперь они видели привычный им глобус.

– А это наша Земля, наша реальность. Надо заметить, что первым движением души посмотреть Землю времен динозавров и времен ее возникновения, но потом я понял, что это всего лишь система наведения, и хотя даже в этом качестве он представляет просто невероятную научную ценность, мы этот прибор используем все же по-другому.

– Хотите, верьте, – продолжил он, – Хотите нет, но если жить со включенным в кармане этим прибором, то можно прожить неимоверно долгую жизнь, так как он позволяет жить в остановившемся времени. А вы соответственно не в состоянии будете постареть.

Егор присвистнул, Катька с Лариской посмотрели друг на друга, Никитич крякнул. А Гена довольный собой подумал, ну что впечатление произвело, и продолжил.

– Но в нашем случае это не подзорная труба во времени, и не машинка для сохранения молодости, и даже не вечный холодильник как я это ляпнул Змею, а оружие, чтобы изгнать оккупантов с нашей реальности. Мы вызовем на разговор слитней, когда поймаем их при переходе. Безотказный детектор перехода у нас есть, он показал через перильца на Тузика, лежащего у будки. А когда они окажутся захваченными нами, мы будем говорить с ними.

– А вдруг они по-нашему не понимают? – спросила Катя.

– Может и не понимают, но, скорее всего, понимают, потому, как работают с нашими давно.

– А что мы скажем? – это Егор.

– Скажем, что мы закрываем нашу реальность для поставок детича.

– Ага, а они так нас и послушали.

– Змей говорит, что они народ в целом пугливый и по мере возможности законопослушный. Может и послушают.

– А потом? – спросила Лариса.

– Потом мы их отпустим, и будь что будет.

– Есть шанс, однако, Геннадий, что эти твои слитни пойдут и скажут нашим с которыми работают здесь, что мы им мешаем, знаешь, что потом будет?

– Знаю. – посуровел Генка. – Нас сметут с лица Земли вместе с Мичуринском.

– И я про то же.

– Значить у нас один единственный ход, и после этого хода они должны слинять.

– Это может потому они и слитни? – попытался пошутить Егор.

Ночь засады была лунная, как и в прошлый раз. Генка детей отвез в этот раз бабушке, Ларискиной маме. Не любил он этого делать, но и делать было нечего.

Тузик валялся на густой траве и посматривал хитрым глазом на Генку, ну что, мол, хозяин, все напрасно?

Генка знал, что не все так просто, но знал и другое, что в полнолуние в то время когда Луна в зените, для перехода между реальностями самое удобное время. Даром что его так боялись во все времена.

Тузик повел своей мохнатой бровью где-то в час ночи, как раз самое время. Генка приготовился, и дал знать остальным. Егора Генка предварительно снабдил видеокамерой, которая валялась в отделении вещдоком вот уже третий год, и активно использовалась всем отделением для проведения следственных и иных действий. Генка логично посчитал, что сегодняшняя ночь как раз подходить под последнее определение.

В 23.00 уже довольно явственно задрожала земля под ногами и Генка, боясь упустить момент, нажал на шарик-кнопку в блокираторе. Все вдруг стало мертвенно тихо.

Геннадий вышел из кустов, где до того отсиживался и встал посреди огорода.

Минуты три стояла тишина такая, что даже цикады не были слышны.

– Ну, что долго будем отсиживаться господа контрабандисты? – внятно произнес Гена.

Прошло еще пару минут и из под земли начал вставать холмик величиной со старый Запорожец. Потом земля раскололась, и сквозь нее показался металл аппарата. Бок вдруг стал прозрачным, а потом исчез и сквозь него на земле вступил небольшой гуманоид в какой-то странной одежде.

– Ты хотел говорить, Геннадий Чегодаев?

– Да, если вы слитни, то у меня к вам есть разговор.

– Я не слитень, я их механически слуга, по-вашему, ближе всего будет робот, но сами они в машине и они тебя слышат.

– Доказательство, что они слышат?

Машина повернулась на пол-оборота и встала.

– Хорошо. Я здесь, чтобы сказать, что я закрываю ваш бизнес в этой реальности, так как он связан с оборотом запрещенных в нашей реальности средств, вы больше не будете, не вырабатывать, не собирать, не вывозить детич в этой реальности.

– На основании чего ты хочешь нам это запретить?

– Все очень просто – я представлю здесь организацию, контролирующую нелегальные перевозки на транспорте, и вот мое удостоверение.

Он открыл свое удостоверение милиционера на транспорте. Робот, просканировав его помолчал, ожидая реакции хозяев. Потом он поднял голову, посмотрел на Гену и отчетливо сказал.

– Мы принимаем ваше решение. Мы закрываем свой бизнес, и уходим с вашей реальности. Мы чтим законы – так выгоднее работать. Просто нам до сего момента никто не запрещал работать с детичем в вашей реальности.

– Благодарю вас за сотрудничество и буду рад видеть вас в качестве гостей в своем доме.

– И мы благодарим вас, капитан Чегодаев и принимаем ваше приглашение посетить ваше жилище в течении одного цикла. А теперь позвольте нам удалиться.

Генка нажал на кнопку блокиратора и отдал честь. А про себя подумал, все-таки полезно иногда быть милиционером. Особенно транспортной милиции.

НАЗАД В НАЧАЛОВПЕРЁД